С самого детства Шелдон Купер был не похож на других детей. Пока его ровесники гоняли мяч во дворе, он размышлял над законами физики. Его ум работал с недетской скоростью, что часто становилось причиной непонимания даже в собственной семье.
Мать Шелдона, женщина глубоко верующая, молилась за его душу, видя в увлечении наукой нечто отдаляющее от Бога. Она пыталась привить ему любовь к церковным обрядам, но формулы в его блокнотах казались ему куда более понятными, чем тексты из Священного Писания.
Отец, в прошлом тренер школьной футбольной команды, с трудом находил общий язык с сыном. Его идеальный вечер состоял из кресла перед телевизором с банкой пива, а не из обсуждения квантовой механики. Он смотрел на Шелдона с растерянностью, не зная, как подступиться к этому маленькому, но такому сложному человеку.
Со сверстниками дела обстояли ещё сложнее. Попытки завести разговор о последних научных журналах или обсудить, где бы раздобыть материалы для серьёзных опытов, вызывали у них лишь недоумение и насмешки. Шелдон чувствовал себя чужим в мире, где все правила казались ему иррациональными, а его собственные вопросы — единственным, что имело смысл.
